• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:20 

История одной вечной жизни. Отрывки(2)

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Тарья закончила с работой по дому и, вспомнив, о поручении Хельга заглянула к нему в комнату. Лампа не горела, ветерок влетающий в открытое окно по-хозяйски перекладывал исписанные листы бумаги на столе. Пройдя по другим комнатам она так и не обнаружила Стряпчего. Очевидно, вышел...

-Эй, вы где?-девушка выглянула из дома, в поисках временного хозяина оного.

-Здесь я,-негромко отозвались у нее над головой.

-Мне надо...-пытаясь понять откуда звук оглядывалась девушка.

-Надо, значит - залезай,-с крыши дома с шорохом опустилась лестница.

-Еще чего! -отпрянув от древней деревянной конструкции возмутилась Тарья.

-Лезь, тебе говорят,- громче отозвался Хельг из темного пространства над головой.

Легко сказать: «Лезь!», а если страшно даже на табурет встать иной раз бывает - до того услужливо и ярко рисует воображение картину падения оттуда. Так то - табурет, а это - крыша дома.

-Боюсь,- негромко призналась девушка лестнице.

-Тем более лезь, - лицо Хельга показалось над лестницей и он протянул Тарье руку.-Ну же!

Скрепя сердце, чтобы не выглядеть совсем уж трусихой, Тарья принялась подниматься по скрипящим ступенькам, и с такой силой вцепилась в теплую ладонь мужчины, что тот только диву дался - откуда силы взялись. Оказавшись, наконец, на крыше, девушка попыталась было сесть поодаль от Хельга, но подавшаяся под ногой черепица заставила ее с отнюдь не героическим визгом кинуться к нему. Успокаивающе поглаживая по спине перепуганную вусмерть Тарью, поверенный Судьбы изо всех сил сдерживал улыбку. У всех бывают страхи, он и сам иногда боялся, так что смеяться над положением девочки он и не думал.

-Ну вот, умница,-тихо сказал он усаживая ее на теплый скат крыши.-Только если все время просидеть разглядывая нитки из которых соткана моя рубашка - все старания коту под хвост. Ну же, оглядись.

В глубине души даже благодаря за этот чуть насмешливый тон, Тарья сделала над собой усилие и повернулась лицом к ночному городу, не выпуская, меж тем, из рук ткани его рубашки. На Соршу легла ночь и цветистые огни города ярко поблескивали, придавая простому и аскетично-черному убранству ночи новых красок. Постепенно ослабляя хватку, девушка, затаив дыхание, разглядывала знакомый с детства мир с высоты крыши. Огни постепенно гасли. То там, то здесь становилось на пару украшений меньше.

-Как это грустно - смотреть на потухающие огни,-вздохнула Тарья.

-Спорно,-откликнулся Хельг.-Подумай: каково ночи бороться со всем этим безобразием, пытаясь сделать пространство надлежаще темным. Люди возмутительно нечутки к этому времени суток.

-Пока горят огни - есть надежда, так говорят.

-Глупости говорят, а ты повторяешь. Надежда есть всегда, даже в самый темный час. Жалок тот, кто этого не знает.

-Значит я жалкая. Но я не хочу, чтобы огни гасли.

-А они погаснут. Так всегда бывает.

Сидя на крыше, они еще долго спорили: она болела за огни, он - за вечную и мудрую ночь. Наконец, все огни погасли. Тарья грустно вздохнула и Хельг, поддавшись непонятному порыву, выудил из кармана огниво. Продлить жизнь маленького язычка пламени было ему вполне по силам.

-Ну, довольна?-поинтересовался он, разглядывая едва различимые черты лица девушки.-Зачем ты меня искала?

-Мне нужно было напомнить вам , что завтра придут за вашей работой,- зачаровано разглядывая подрагивающее пламя протянула она, едва слышно.

-Так,-задумчиво склонил мужчина голову на бок.-Стало быть, напомнила - свободна. А мне еще надо работать.

Искра погасла. Хельг легко поднялся на ноги и направился было к лестнице, но его ощутимо ухватили сзади за рубашку.

-Порвешь ведь,- аккуратно, палец за пальцем, отцепил судорожно сжавшую ткань ладошку Тарьи и крепко сжал ее в своей.- Вот я. Не ушел. Но и сидеть до веку с тобой тут не могу, мне действительно надо закончить...

-Говорил: не брошу, не упадешь,-кое-как встав на ноги девушка негодующе ткнула Хельга в грудь и залилась слезами.

-Будь милостивой, не приписывай мне неведомо чьих речей,-поморщился тот и повел всхлипывающую девушку к лестнице. -Сначала я, а потом ты . И не бойся так.

Едва ли не скатившись по деревянным ступенькам он окликнул Тарью. Та, подозрительно быстро и ловко спустилась вниз, и с таким облегчением рухнула на колени, что Хельг невольно улыбнулся.

-Ступай домой - поздно, - мягко сказал он и помог ей подняться.

Та молча высвободилась и попыталась было удержать равновесие без посторонней помощи.

Вышло откровенно плохо, потому она устало уткнулась лбом ему в грудь.«И это только начало, милая,»- грустно подумалось Хельгу. А еще он понял, что работу будет доделывать утром. Впопыхах. Впервые за долгие годы. А что потом говорить наместнику? Самое смешное, что скажи он правду - провел ночь подле измотанной борьбой со страхами девицы, - ему никто бы не поверил. Отчего-то людям всегда так отрадно верить в дичайшие истории о любви и производных оной, а слушать о том, как люди берегут сны друг друга невыразимо скучно. Зато о любовных похождениях рассказы вырывают чуть ли не с боем... Странные они, жители мира, столько непохожих судеб, а такое упорство в вопросах чувств.

Тарья, наконец, уснула, а Хельг еще долго глядел на нее спящую, думая что надо бежать... Вот уже она начинает ему доверять, открывает больные места, делится страхами, еще немного и распахнет душу настежь - а что потом с ней делать? Душа не тело - ее не прикроешь запросто по своему хотению. И, по мнению Хельга, взгляд в этот неприкрытый тайник человечества оставлял впечатления глубже сотни взглядов на голое тело. Да и не привяжет оно никогда так, чтобы невозможно бросить, предать, чтобы расставание болью отдавалось в собственном сердце. Так расстаются души, а не тела. Время покинуть Соршу. А не то, не ровен час, он не сможет отказать себе в желании остаться с ней, спящей, усталой. Решит вдруг защищать ее всю оставшуюся жизнь, беречь ее и хранить ее тайны да их воспоминания до конца своих дней. Да, ровно с того момента, когда Хельг переступит черту окончательно, признавшись, что любит, можно будет смело считать дни до конца его жизни. Он не изволит задержаться надолго. Всякий раз приходится умирать, чтобы избыть любовь. Только смерть оделяет мудростью и беспристрастием. Смерть приносит и забвение. И как после оставить Тарью одну, зная, что встретив ее на дорогах, он пройдет мимо совершенно равнодушный? Смерть вытравит все чуждое Стряпчему из души и тела, не оставив ни обрывка воспоминаний. Не так страшит людей смерть любимых, как их равнодушие. Вот что странно.

Время уходить...

 



 




@темы: рассказ, памятное, История одной вечной жизни

20:33 

История одной вечной жизни. Отрывки(1)

Мы все во что-нибудь не доиграли...
На самом деле, изначально я должна была это написать и выложить на ЖЖ. Сказку в двух частях, еще зимой-весной. Увы, разползлось все на гораздо дольше. Но так как она была изначально рекомендована тем, кому писалась, к выкладыванию, чего не было, почитай, год на тот момент... В общем, я решила это вывесить сюда. Чтобы не потерять, не забыть. И придумать стоит ли заканчивать этовсе. Хотя конец у меня есть, он оговаривался изначально. И менять будет некомильфо.

В мире, где количество возвращений человека с того света зависит лишь от его любви к жизни и живым, трудно бы жилось без подобных людей. В народе их называли не иначе как стряпчими Смерти, на самом же деле все было куда проще - они вели записи о рождениях и смертях в книгах Судьбы. Говорили, что за беспредельную осведомленность со стряпчих брали едва не душу, оставляя взамен беспристрастность и справедливость царить в их умах.


У входа на кладбища стояли символичные каменные изваяния с повязками на глазах, пером в одной руке и книгой в другой - таким давным-давно привиделся некоему правителю-новатору образ поверенного в делах судеб человеческих. С тех пор, в назидание каждому, вздумавшему незаметно встать из могилы, стоят у оград стряпчие, напоминая о том, что все беспристрастно будет занесено в книгу Бытия, а от уплаты налогов с прочими благами жизни уклониться не удастся.


А еще, говаривали, что любые сильные чувства: гнев или радость, боль или, храните боги, любовь - все это убивало вечных ревнителей порядка бытия. Причем в самом буквальном смысле.


Хельг окончил обход кладбища в предместьях Сорши уже давно, а заставить себя продолжить путь никак не мог. Сначала, рыжие глаза его ухватились за оплетенную пожухлым плющом фигуру стряпчего, вызвавшую прилив интереса к тому, как можно удерживать одной рукой без какого-либо напряжения тот талмуд, что неизвестный скульптор статуе вверил. Повязки уже давно вызывали просто недоумение: разве так трудно поверить, что трезво судить о вещах и людях можно и видя их. От начертания букв с закрытыми глазами лишь портился почерк, а с ним и настроение.


Впрочем, отвлекшись от творения рук человеческих, мужчина еще долго разглядывал горные вершины на горизонте. Покрытые лесом, они зелеными пирамидами окружали долину, в которой расположился старинный городок Сорша. В этих горах рождались одни из чистейших рек и легчайших туманов мира, долина славилась обильными пастбищами и прекрасными урожаями, а сам город был признан едва не землей обетованной. На высоких башнях замка, реяли знамена, отсюда кажущиеся цветной и легкомысленной стайкой рыбок, снующих туда-сюда.


Решив, наконец, продолжить путь Хельг поудобнее перевесил суму на плече и начал свой спуск в долину. По сторонам тракта, по которому он шел, росла удивительно-изумрудная трава, так и подбивающая сойти с дороги и отдохнуть на этом дивном ковре. Сколько дорог в мире прошел Хельг было ведомо ему одному, но Сорше всякий раз отдавалось в сердце чем-то праздничным и легким, заставляя цепляться за обыденные, казалось бы, вещи, открывая их для себя снова и снова.


В предместьях городка навстречу путнику попалась стайка девушек, с интересом оглядывающих незнакомца. Посмотреть было на что: высокий, складный, с длинными темными волосами и диковинными рыжими глазами мужчина чем-то неуловимо смахивал на кота. Но не из тех, домашних, что сидят под лавками, а на дикого, лесного, которого ни приручить, ни к дому привадить.


-А я говорю он из тех, которые всё знают, - заявила Тарья своим товаркам, недоверчиво внемлющим ей.-Ведь не мог же ей первый встречный рассказать все о ее жизни.

-А вдруг мог!

-Ну что вы все: вдруг, вдруг. Вот глядите, дурехи,-девушка решительно направилась к проходящему мимо Хельгу.- Да не угаснет твоя звезда, путник. Будь так добр, скажи мне, не ведаешь ли ты, часом, когда я в последний раз уходила с земных дорог?


Усмехнувшись Хельг пожал плечами и склонив голову на бок сообщил:


-Ты еще ни разу не была на небесных, девочка. Только и всего? Может тебе еще что хочется узнать?


Девушка даже побледнела, отчего ее лицо ярче выступило в ореоле черных, как смоль, кудрей.


-Кто ты? Отвечай! Нельзя так шутить, а если ты злой дух или дурной человек, то иди стороной, пока ветры не разнесли твоих слов до ведома поверенных Судьбы, - суеверно отшатнулась подошедшая было поближе рыжая Гуднё.


Старый как мир заговор заставил мужчину улыбнуться снисходительно:


-Гляди,-закатав рукав выше локтя он показал знак писчего Судеб.-То-то же, девушки, не искушайте судьбу лишний раз, а то не ровен час кого встретите. Может и впрямь злого духа,- оправив одежду и кивнув на прощание Тарье, все также стоящей столбом посреди дороги, Хельг размашистым шагом направился к городу.


Сам не понимая отчего, он еще не скоро забыл испуганный взгляд девушки: то и дело вставало перед глазами личико с карими глазами, выбеленное страхом. Кто он в глазах местных жителей? Нечисть, у которой имеются права на существование, по необъяснимой прихоти богов Мира.


Пустили его в город просто, ибо в этот раз ему отчего-то не захотелось лезть в суму за грамотой удостоверяющей то, кто он есть и зачем пришел. Опустив пару монет в ящик у ворот, Хельг вошел в город. Цветные окна домов, как одно, горели мягким бронзовым светом: закатное солнце сделало все дома и кварталы живыми и уютными. Даже веселый дом «Поющая Луна» и храм Девяти богов стали неотличимо уютными и по-домашнему теплыми в этот миг игры древнего светила. «То-то осердятся жрецы, если поведать им такую простую истину,»-подумалось Хельгу, оглядывающему преображение городка. Еще пара часов сумерек и у города появятся сотни глаз, сотен цветов: наивно-фиалковые, восторженно-розовые, невинно-голубые, хитро-золотые, угрожающе-алые и кошачье-зеленые. Глаза-окна будут разглядывать припозднившихся путников с нескрываемым интересом, подмигивая лампами и фонарями.

 

 

 


@темы: памятное, История одной вечной жизни, рассказ

20:21 

26 сентября 2013 | Рабочие будни. Действие 3

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Все опять началось с двери офиса, которая была загадочно приоткрыта. Ни в директорской, ни в учительской, ни в приемной никого не наблюдалось. Я пожала плечами и вошла. Сегодня четверг, день уборки, Ая должна была придти на час раньше и все открыть. Правда, ни вещей Аи, ни ключей от трех институтских аудиторий, которые в таком случае опять-таки должны были быть нигде не оказалось. Отудивлявшись я сняла курточку и вдруг услышала "Пока-пока" от неизвестно откуда материализовавшегося волонтера-фотографа. Волонтер вновь исчез, парой мгновений позже в дверях показалась рассеянная На и спросила кто открыл дверь и убирали ли. Я сказала что могла, а насчет уборки развела руками. На, оказывается, сказала Ае не приходить к 8, поелику сама придет. Ну, пунктуальностью офис не отличается. Я была на работе в 8:30, за полчаса до начала дня, а она пришла где-то в 8:40... Странно. Впрочем, на наше счастье, у нас-таки убирали.
Потом заскочила Ая, собрала документы, выпила со мной чаю и ускакала по вопросам регистрации волонтеров. На тоже испарилась, даже еще раньше. И меня опять оставили одну на хозяйстве.
Ключи выдавать да лицом торговать. А еще направлять в аудитории народ. Параллельно переводила две статьи на три языка с китайского.
Надо сказать, сегодня я была на грани встречи с Лёй, но как-то опять не сложились звезды. Впрочем, тосковать по этому поводу я не тоскую. Перед уходом императивно пила чай и ела нектарины в компании Ны и Аи, валящихся с ног от усталости, слушала истории об учебе, фруктовом саде родителей Ны и планах людей на вечер и субботу.
А, да. На понедельник-вторник Ая идет переводить на конференции. А Ля в офисе не появляется. Загадка: кто останется там во вторник, когда мне надо будет убегать на практичку на час раньше обычного?

А еще я сегодня была захвалена на стилистике до невозможности. Сидела красная и думала, что они явно перехваливают. Я же вижу все недочеты. А что рифмуется - мне не сложно рифмоплетствовать. Дольше сидеть и подбирать аналоги для передачи графонов, аллитераций и ассонансов. Посмеялись, сказали, что надо ставить автографы на записях, потом они будут уже бесценны.
А я вот что скажу: над передачей инд. особенностей речи мне работать и работать. Это пресно. Это вообще никак и ни о чем.

@темы: работа, учеба

21:27 

24 сентября 2013 | Рабочие будни. Действие 2

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Когда при открытии двери офиса взвыла сирена, я решила, что утро началось явно не так, как я предполагала. Помчавшись на вахту отключила сигнализацию и со скепсисом открыла поочередно учительскую и директорский кабинет. В коридоре ничего не завопило. Я напомнила себе о четырех кабинетах, которые еще вполне могли напомнить о себе в ближайшее время, и принялась загружать компьютер, изучать папки на столе и отвечать на звонки, которые, не смотря на то, что работать мы начинаем с 9 уже активно раздавались.
Отправив преподавательницу на пару в компании стайки первокурсников и получив от заскочившей на пару минут по пути к страховщику и юристу Аи указания по поводу того как заполнять контракты, я принялась заниматься насущными делами, вникая в расписание, расценки и т.д. Первая пара оставила по себе только один вопрос - списки группы надо перепечатать заново. Я не знаю где они, потому пришлось писать записку Ае.
С началом второй пары в душу мое закралось смутное сомнение, что что-то не так: преподавательница не заглянула в офис. Нет, я, конечно, верила в лучшее, но она и правда потерялась. Сообщили мне об этом часа через пол после начала пары и попросили объяснить как-то ситуацию студентам. Те, к моему удивлению, сидели как мышки и спокойно занимались своими делами. Новость приняли стойко, бросили в меня горсть-другую вопросов, на которые помогла ответить больше многогодичная дружба с офисом, чем информированность по факту и остались ждать учителя. Явилась она минут через пять и все закончилось хорошо. Потом я сидела в офисе, ждала конца занятия и думала о том как хочется чаю и как плохо, что я не уточнила сразу как включать куллер на подогрев воды.
Не Ны, не Ли сегодня в офисе не было в мою половину дня. Дел тоже особенно мне не выпало. Но практичку на нулевой паре я пропустила потому, что не могла уйти из офиса. А на первую пару не пошла, потому что ее ведет На, а она нынче явно загружена и дала бы нам с.р. умчавшись по делам. Так в итоге и вышло, как мне сказали. Ну, ничего. Надо же когда-то научиться пропускать пары спокойнее?

@темы: работа

19:41 

23 сентября 2013 | Рабочие будни. Действие 1

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Итак, как бы вам рассказать где я работаю. Во всем городе здание, в котором расположился наш офис называют просто и емко "красивым". Во вторую очередь вспоминают, что это второй институт культуры в городе, и потом, если совсем повезет, что некогда оно было Домом Техники. Ну, а уж о том, что до революции на том месте собор стоял вообще мало кто знает. В общем, колоритное место в обрамлении парка и с отличной перспективой для фотографий. На переднем плане перед корпусом разместился Дионис с музами или грациями.

Внутри здания всегда музыка и пение. Всех вообразимых жанров и тембров, громкостей. Именно это место сочли наилучшим для обитания центра по изучению китайского. Странный выбор, соглашусь. А что делать? Зато красиво!

Назначено мне было на 9, я пришла к 8:30, как обычно, собственно. В офисе уже сидела Ая, мы с ней знакомы со времен поездки в Китай. Вечно занятая, вечно успевающая кучу всего практически единовременно, она налила мне чаю и сказала, что начальство к 9 точно не явится. Зная начальницу уже несколько лет к ряду, я сразу поверила. В принципе, мне было все равно - работа-то есть, есть чем себя занять. Занялась насущными переводами, которые, прямо скажем, ничего не стоили мне. Один по причине наличия клише, в которое требовалось вписать нужную информацию, второй - по причине небольшого объема.

Когда пришла На, моя начальница(окрестим ее так), было уже около четверти десятого. Она радостно поприветствовала меня в рядах офиса и попросила не стесняться - спрашивать обо всем и переспрашивать сколько угодно. Надо сказать, что совет крайне дельный, вот только у меня трудно с переспрашиванием, но тут надо учиться. Потом, оказалось, что о приеме меня на работу с дирекцией никто не говорил, конечно, но... Но однажды это сделают. Зато мне стоит сделать копию ключей от офиса, записать коды сигнализаций и принести чашку.

Коллектив, русскоговорящая его часть - девушки. Как говорит Ая: уж очень девушки. Есть еще Ля, с которой мы делим ставку. Но о ней я знаю очень мало. Кроме того, что она явно в любимицах у Ны, на работе бывает редко и "ей надо учиться, поэтому...". С этой фразы начинается каждая фраза о том, что надо успевать нам с Аей.

По сути дела, меня взяли в помощницы Ае. Она дает мне задания, а еще я должна дважды в неделю являться на работу на час раньше из-за техничек, которые выделяют нашему офису и аудиторному фонду только рань в своих бальных книжечках.

Посадили меня за стол Ли, я теперь первое, что видит всякий вошедший. Но меня страшно разражает нехватка информации и собственная нынешняя некомпетентность. Я не привыкла постоянно спрашивать что, куда и как, но пока приходится.

На стремится создать в коллективе дружескую обстановку. У меня поинтересовались днем рождения, порадовались месяцу разницы между столь знаменательными событиями, потом взяли себе на заметку мою Рыбность, рассуждали о Козерожности и пообещали вылечить мою простуду-аллергию с таким пылом, что я аж испугалась. Ну, это то место, где все мы are claimed to be best friends(не знаю как сказать это по-русски с тем же оттенком). Поживем-увидим во что оно превратится.

Моя начальница имеет желание опекать и делиться. Причем столь энергичное, что пасть может всякий.

По итогам дня я со связкой ключей от офиса, обещанием гомеопатических капель от всего на свете, желанием купить новую сумку и удобные балетки, смутными опасениями по поводу возможных учебно-работных завалах и списком слов на диктант завтра. На душе спокойнее, тише, чем было всю прошлую неделю.

Посмотрим что из этого всего выйдет.

@темы: работа

00:27 

Ветер перемен

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Ну-ка, вспомним-ка как это делается...
Осенью все всегда иначе. По-другому. Этой осенью все по-другому как никогда. Многое встало с ног на голову. Много переосмысления. Много взросления, хотя казалось бы куда - в душе я давно бабушка.
Начинается новая глава. Как бы не было больно прощаться, а она началась и ничего не поделаешь.
В каждом ветре есть что-то особое. Ветер этой осени - определенно ветер перемен.
С будущей недели у меня будет меньше времени на глупые мысли и больше забот. С будущей недели я буду пробовать стать человеком ответственным, буду стараться не подвести веру в эту затею, которую мне привили в свое время.
Я рада тому, что рядом со мной сейчас рядом такие люди. Хотя и грустно от того, что не все, кто был остались при мне. Но это я многого хочу.
Осенью всегда легче. Легче пережить. Легче верить.
А сегодня праздник Середины Осени. Обратитесь к Луне со своим заветным желанием и обитательница Лунного дворца красавица Чан Э обязательно вас услышит, непременно исполнит его.Или просто скажите его вслух. Быть может услышит кто-то другой. Ближе.



23:40 

Марта

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Не бывает ни бывших, ни брошенных, есть только незабывшие и ненайденные. Довольно простая истина - с какой стороны ни вглядывайся, но в этой ее простоте самое неприятное.

Будь у Шута чуть больше сил и времени он непременно посмеялся бы над своим положением, но ни тем ни другим он, увы, не располагал. Представление объявленное в городе должно было начаться через пару часов, зеваки уже собирались на площади перед деревянными подмостками наспех сколоченными приезжей труппой, занимая места получше. Казалось бы - сиди да радуйся, а тут впору слопать свой колпак с бубенцами.

-Ну, может, ты еще раз попробуешь? Может, ты не с той стороны к делу подошел?- молитвенно сложив руки обратился он к хмурому Врану, в который раз оглядывающему безучастно глядящую в пространство гнедую, которую как за повод не тянули - выйти из стойла она не решалась.

-Кобыла слепа. Я не волшебник, Шут, а здесь поможет только чудо,- без жалости глядя на хрупкую фигуру в ярком трико отрезал Вран.

Жалко звякнули колокольчики, большой рот искривился в трагикомической улыбке: в программе заявлена виртуозная трюкачка-наездница, а залог успеха номера не видит ни зги. Как спасти вечер и унести ноги целыми от недовольной толпы становилось непонятным. Стянув с затылка колпак, юноша запустил руку в спутанные кудри. Последняя надежда - она на то и последняя, чтобы ее было особенно горько терять. И все же Шут не мог поверить. Не верил, что Вран говорит серьезно. Ведь сколько ни встречались они на Дорогах, один из них неизменно промышлял выступлениями в театрах, а другой - волшбой.

-Что с тобой стало, а, друг?-плюхаясь на тюк сена подле виновницы встречи спросил Шут. - Не было ловче и сильнее, чем ты. Ведь правда здесь, в наших краях не было. Ты мог привести дождь, залечить незримые раны, едва не оживить. Сейчас же ты беспомощен перед слепотой.

-Я дал зарок не пользоваться даром и ничем не могу тебе помочь,-злясь на себя, мужчина говорил сквозь зубы.

- Ты слишком строг к себе. Смерть одного человека вовсе не повод для отказа...

-Повод,-отрезал Вран, с трудом сдерживаясь, чтобы не встряхнуть этого устало улыбающегося глупца и заставить его понять каково это терять самое главное, что есть в жизни.

Смерть одного человека... Да жизнь тысяч не стоит одной этой смерти.

Марта, впорхнула в загородку к лошади, отведя бурю, едва взглянув на лица актера и бывшего мага, она все поняла и удивительно легко смирилась.

-Что же, моя милая, мы отыграем с тобой в другой раз,-она провела тонкими руками по бархатистой морде лошади, которая доверчиво потянулась к хозяйке такого родного запаха из потерянного мира. - Попросим помощи у доброго люда - тем будет интереснее выступление.

-Вам надо отменить представление,-резко выдохнул Вран, заметив как вытянулось от слов наездницы лицо Шута.

-Много ты понимаешь, а все же о нашей жизни не знаешь ничего, - усмехнулась Марта. - Это ты можешь отменить чудо, а мы не в силах отменить магии уличных выступлений. Отобрать нынешний вечер у зрителя - глупо. Да и нам правда нужны деньги. Оставайся посмотреть: у Шута прекрасные репризы.

Она вышла из загородки, оставив двоих мужчин мрачно глядеть друг другу в глаза. Ну, конечно, во всем была виновата лошадь, правда старушка гнедая даже об этом не догадывалась, хоть и страшно чутко вслушивалась в невидимую уже теперь жизнь.

***

 

Безусловно, во всем была виновата лошадь. Так потом не единожды сказали люди с площади, видевшие падение хрупкой, как статуэтка, наездницы, со спины жеребца двухлетки, когда тот вдруг встал ни с того ни с сего на дыбы. Хорошо, конечно, что в толпе оказалось довольно сильных мужчин, чтобы усмирить животину, а то бы всех передавила. А уж то, что на площади оказался маг - вообще чудо.

Врана подтолкнули к лежащей за ширмой Марте, над которой нелепо суетился Шут, даже ушли, чтобы не мешать колдовству - больно мудреное дело таскать на этот свет умирающих, это и ребенку ясно.

-То ты смотришь? Что смотришь-то, Вран? Ты не волшебник, чуда не будет - я понял. Одна жизнь не стоит другой. Иди прочь, пока люди не вспомнили, кем ты себя звал, - насмешливо и зло зазвенели бубенчики.

Мужчина сжал зубы, чтобы не сказать лишнего. Марта умрет, а Шут-то останется, и Врану не хотелось, чтобы им стало тесно вдвоем на Дорогах мира. Марта умрет...

-Я, правда, не могу.

-Не злись,- рука наездницы слабо сжала ладонь юноши, по белому гриму которого пролегли дорожки слез. - Так бывает. Его ведь могло и не быть здесь.

-Но он тут, Марта! Тут, понимаешь?! И стоит, и смотрит, и...

-Ему наверняка паршивей, чем мне,- прошелестела успокаивающе девушка, прикрыв глаза.- Мне уже почти не больно. Я сейчас засну калекой-Мартой, а проснусь...

Марта умолкла, раздумывая кем бы ей проснуться, и с удивлением услышала глухой рык, раздавшийся в комнате. Вран больше не мог стоять и смотреть. Легко уйти от дел, когда сидишь в доме и не видишь как люди гаснут без помощи, которая тебе по силам. Одна смерть. А сколько еще умрет, если он не поможет глупой и самонадеянной Марте? Сколько еще должно умереть, чтобы не было так больно? Ко скольким еще нужно не прийти на помощь, чтобы стало легче?

-Не спать!-рявкнул Вран, резко склоняясь над постелью и высматривая судьбу в лихорадочно поблескивающих глазах наездницы. - Нет вероятности, ни единой, что ты вновь сможешь зарабатывать хлеб так же. Почти нет вероятности, что ты будешь в состоянии сама ходить. Прикажешь вытаскивать с того света не имея перспектив на этом?!

Марта лишь чуть заметно пожала плечами, с усмешкой глядя на мага.

-Не дай ей уснуть,-бросил ничего не понимающему Шуту Вран, беря холодеющие руки Марты в свои.

***

 

В плетеном кресле на старой веранде Марта слушала сидящего у ее ног Шута. Тот рассказывал о гастролях театра, о жизни их каравана и о том, как он хочет через пару лет остепениться и где-то осесть, обзавестись семьей.

-Когда ты в последний раз получала от него вести?-уже собираясь уходить поинтересовался Шут.

Марта с улыбкой развела руками:

-Он не писал мне ни разу.

-Может, зря ты тогда падала, Марта? Он не остался с тобой, а помчался творить добрые дела по свету.

Бывшая наездница покачала головой, заливаясь смехом:

-Глупый ты, глупый. Зачем мне в доме целый маг и волшебник? Я и сама прекрасно обхожусь. А жизнь - слишком дорогой подарок, чтобы просить о большем.

Шут непонимающе звякнул колокольцами шапки, поцеловал Марту на прощание в лоб и растворился в безлиственной темноте поздней осени, пообещав вернуться весной. Женщина с усилием поднялась из кресла и направилась к дому, держась за стену. Сначала она научилась жить сама, потом потихоньку - ходить, и только совсем недавно - спокойно ждать. Поставив на подоконник свечу, она улеглась в постель, думая о том, как порой трудно даются объяснения простых истин. Как болезненно сказывается очевидное на нас.

В дверь скреблась опавшая листва, принесенная ветром, но отворить двери ей у Марты не было ни сил, ни желания. Она устала, а завтра будет новый день. И пошла бы прахом вся эта Вранова сложность: сколько раз она, после чудесного спасения засыпала калекой-Мартой, мечтая проснуться кем-то другим. Сколько раз она корила себя за порыв внезапной человечности, заставившей рухнуть с лошадки, да потом стоически махать рукой вслед отъезжающему магу.

-Почему ты не вернул зрение моей лошади? Зачем решил вытащить, если я теперь остаток дней не смогу забыть своей глупости слишком явно? Зачем так усложнять все?

Тень на стене пожала плечами, будто насмехаясь.

-Кстати, свечи дорожают. И мне надоедает просыпаться по утрам. Может, влезть на конек крыши и сигануть оттуда, чтобы открыть дар в ком-то еще?

-Какая твоя выгода?-зашипела свеча.

-Может упокоюсь, наконец,-протянула мечтательно Марта.

-Тебе бы успокоиться,-недовольно потрескивало пламя. - Обо всем столько раз переговорено.

Марта уже не слышала, она спала. Ей снились далекие страны и дивные чудеса. Чужая жизнь, как наяву - дивный подарок стреноженной затворнице вроде нее. Оказывается, жизнь на двоих можно проживать по разному. Тень на стене задумчиво склонилась над постелью Марты, раздумывая как быть с этой странной двойственностью снов и жизней, что-то едва слышно доказывая себе потрескиванием пламени, отгоняющего мрачные сны и служащего ориентиром для путника, чья жизнь снится Марте ночами.


 






@темы: сказки, рассказ, памятное

17:56 

Старое зеркало

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Старое зеркало в бронзовой раме
Любит подшучивать мирно над нами.
И в отраженьях его часто нежность
Перерастает в морскую безбрежность.

В мутном стекле отражаются годы,
След свой оставят там дней хороводы.
Мы в отраженьях становимся старше,
Но молодеем душой как и раньше.

В глади серебрянной чуть запыленной
Выгляжу я много лет уж влюбленной.
Может быть это игра свето-тени,
Может судбьбы паутина сплетений.

В зеркале старом, что в бронзовой раме
Истины жизни хранятся, как в храме.
Мы как покорные мира потомки,
Их собираем в пустые котомки.


Старое зеркало в бронзовой раме
Любит подшучивать мирно над нами.
И в отраженьях его часто нежность
Перерастает в морскую безбрежность.

Легенды ветров

главная