Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: революции (список заголовков)
00:09 

Завтра была война

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Я вот дочитала сегодня повесть Бориса Васильева "Завтра была война". Как-то долго я бегала от этой книги, уж не знаю почему. Может, в силу боязни плохих концов, может, потому что всякий раз начиная чтение попадала не на то настроение. А тут за вечер прочла. И плакала. Я очень редко плачу над книгами, такие вещи можно просто по пальцам пересчитать. А тут плакала. От страшной несправедливости, от обиды за отнятую юность ребят, от понимания и сочувствия. "Завтра была война" - это такая страшная формула, оксюморон в своем роде. Васильев в начале говорит о том, что покой рождает небрежность и неосторожность. То поколение знало, что война будет, а будут ли осторожны другие поколения. Выходит, что наше, мое поколение, не было. До чего же трудно было поверить в то, что в наши дни есть хоть малейшая возможность повтора адовых дней полных звуков разрывающихся снарядов и гула самолетов. А они повторились. Закрыв последнюю страницу, я вспомнила свой прошлогодний выпускной. Так вышло, что в прошлом году, в конце апреля радикально неприемлющие политику столицы люди захватили ОГА (облгосадминистрацию). В этот день у нас был выпускной вечер.
Вся первая половина дня выпала из жизни за подготовкой к вечернему концерту: прошла последняя репетиция нашего выступления, куда я не попала из-за работы (за что мне дали "штрафное" задание сказать слово заключительное от имени группы, которое пришлось придумывать на ходу) и начались сборы на сам вечер. Благодаря этим "спевкам" перед концертом мы неплохо поладили в группе, собщались как-то. Может виной тому было еще и особое состояние в стране, в нашем городе. О захвате власти в городе иными силами, который прошел в самом центре города, никто из нас ничего не знал вплоть до какого-то там получаса перед началом концерта. Мы, не глядя на сумрачную облачность дня, радостно спешили все успеть до концерта. Макияжи, прически, платья, костюмы, покупка букетов педагогам, проверка заказанного кафе (оно, к слову, было как раз через парк от захваченного здания). Об информацию о захвате мы малость споткнулись за полчаса до встречи. Но мероприятия решили не отменять, равно как и заказа. Нам верилось в то, что это все не серьезно, что это пройдет через день или два. А может вообще - очередная "утка", их тогда было столько, столько провокаций... читать дальше

@темы: революции, выпускной, воспоминания, война

21:19 

Вдогонку "Дневнику сепаратиста"

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Какое этим летом было небо! Кажется, кто-то нарочно приберег самые красивые закаты и рассветы, самые звездные ночи к этим трем, обычно, полным неги месяцам. И как этого неба было предательски мало. Я крала его, урывками, в перерывах между залпами «градов», «ураганов» и прочих «осадков», способных походя обратить в прах многие вещи, а потому вынуждающих вечно прятаться. В промежутках между сидением в надежном укрытии под лестницей, сквозь щели в иной раз неплотно задернутых занавесках. Всякий раз в душе поднималась волна немого восхищения этой неизъяснимой красотой, а к горлу подступал комок: «Как можно воевать, когда такое небо над нами?».

Но больше все же было замкнутых помещений. За июль-август я поняла, что от вынужденного бездействия и скуки вполне себе можно умереть. Впрочем, мы научились находить плюсы там, где раньше бы их не заметили даже под микроскопом. Кто-то в свое время мечтал о том, чтобы в городе были дорожки для езды велосипедистов, военный Луганск был наводнен велосипедистами. Кто-то мечтал завести новых друзей, и, поверьте, ничто так не сближает как совместное переживание дней, подобных нашим летним. Кто-то сетовал на недостаток вечеров при свечах, но этим летом Луганск, кажется, стал одним из романтичнейших городов по данному параметру. Кто-то искал времени и сил на переоценку ценностей, а тут она сама собой происходила, на автопилоте.

Мы всем городом сели на диету, освоили массу рецептов вкусных и здоровых блюд буквально из ничего, стали рекордсменами по поднятию ведер с водой, сумок, чемоданов и спортивной ходьбе с баклажками на любые дистанции. Усвоили, наконец, правила поведения при артобстрелах, пожарах и прочая, которые нам годами вбивали на ОБЖ. Мы научились собираться быстрее, чем в новобранцы в армии и в совершенстве освоили игры из разряда «На необитаемый остров я с собой возьму...». А еще этим летом мы все много читали, сбегая в книжную реальность от мира окружающего. И заново учились говорить друг с другом, а главное - слушать и молчать, когда надо. А еще - ценить жизнь и мир.

@темы: эссе, революции, мысли

21:15 

Вопросы

Мы все во что-нибудь не доиграли...
Когда мне пишут люди издалека, аккуратно интересуясь как я (пардон - "мы" ) здесь проживаю, я замечаю любопытную тенденцию: мне кажется, что меня уже похоронили. Не обязательно в физическом плане, тут скорее в моральном. Будто кто-то аккуратно начищенным сапожком толкает меня, распростертую, в бок и отскакивает в сторону - мало ли какие злые духи в меня вселились. Вдруг во мне квартирует злостный "сепаратист", который завладел моим сознанием настолько, что я начну кидаться на бедного "правоверного", пытаясь украсть его бессмертную душу или облить грязью его идеалы. Пока грязевые ванны принимаю я и окружающий меня мир, мои родные и студенты, мой искалеченный войной город.

Мне оттуда, издалека (очевидно, там виднее) рассказывают о том, как надо жить и работать, сколько презрения ежедневно отмеривать себе, оставшейся, глядясь в зеркало по утрам. Мне продолжают на разные лады расхваливать разные дали по обе стороны баррикад, убеждая бежать, уверяя в бесперспективности моего нынешнего мира, упрекая в зашоренности и промытости мозгов.

Люди, знающие меня получше, просто не касаются этих идиотских вопросов, о том на что мы живем, какие дипломы получат студенты, как давно я видела зарплату и сколько военных в нашем городке. Умные люди не спрашивают меня о лете и перспективах на год-другой. Они просто знают, что у меня сейчас нет ничего помимо дня завтрашнего. По крайней мере пока. И с ними можно говорить о других восхитительных вещах: о них самих, о книгах, о музыке, о фильмах, о природе... Да мало ли в жизни тем. Только не на больное, пожалуйста.

Я не слепая "ура-патриотка", не дура еще пока настолько, не идеолог раскола, не министр образования, не имею отношения к военным струкурам и не выдаю зарплат. Почему я должна выслушивать упреки, адресованные целому явлению новой республики и развенчивать или возвеличивать оное перед кем-то из тех, кто "за" или "против"?

Нет никакого подвига. Никакого благополучия тоже нет (да и где его сейчас сыщешь?), и не деньгами едиными голова полна пока, хвала богам. Я не в восторге от того, что вижу каждый день и час уже год как, но я не могу принять эти попытки раскрытия глаз. Я не считаю что те, кто в тишине и покое могут рассказывать мне, что я неправильно живу и плохо, даже если это так. Просто потому, что они вне контекста моей реальности. А вот тех, кто здесь же я выслушиваю спокойно, сама прохаживаюсь по острым вопросам под настроение. Но не надо издалека грозить мне ясновидением похлеще Кассандриного и сыпать правдой направо и налево. У нас туго с бытовыми условиями, там, куда разбрасываете свою "правду" пополам с солью жизни могут быть люди, которым будет жечь не вполне еще зажившие раны.

И хватит меня хоронить и записывать в умалишенные, душевнобольные. Хватит звать в иные дали. Наберитесь терпения и мудрости не говорить о ненужном. Или пройдите мимо. Я не обижусь, я только оценю. Правда.



@темы: революции, мысли, люди, вопросы

17:22 

Мой личный 17-й год

Мы все во что-нибудь не доиграли...
У дверей супермаркета, которые как-то нехотя, со старческим дрожанием разъезжаются в стороны стоят два ангела-привратника в виде бездомных старух, просящих милостыню. В глаза они смотрят с надеждой, умеют сказать "Спасибо", "Дай тебе Бог здоровьечка!" на доброй дюжине языков, и на оной же дюжине охотно и цветисто проклясть за малое подаяние или отсутствие оного. Я не подаю милостыни людям, практически никогда. Виной тому в какой-то мере "Собор Парижской богоматери" Гюго прочитанный в школьные годы, природная черствость и неприемлемость для меня такого вида зароботка. Это такой нехороший бизнес, в котором тебя заставляют чувствовать себя виноватым за то, что у тебя есть копеечка, а у кого-то нет.
В военное время на улицах не было попрошаек, а теперь они возвращаются на круги своя и требовательно бубнят: "Доченька/Сестричка, дай на хлебушек". Надо ли говорить, что хлеб здесь понятие чисто метафорическое. "Кто бы нам помог,"-думаю я, невольно, вероятно, от врожденной черствости.
Мы как-то шли со знакомой, мимо женщины, которая просила помощи на операцию сыну. Знакомая сама имела связи в больницах и, в ответ на укор о черствости, очень мило предложила даме договориться, чтобы сына ее прооперировали за гораздо меньшую сумму, почти даром. Скорбящая мать обложила нас матом и мы пошли дальше, размышляя о жизни.
Накорми голодного, дай просящему. А если просят на хлеб и ты даешь этот самый хлеб, не деньги, а предмет прошения, тебя еще и посылают к черту на куличики.
Нищие бабульки-ангелы каждый день съедают по паре порций шаурмы и держат в руках стаканчики из экопластика, в которых получасом раньше был их кофе. Не самый дряной и дешевый, я уже не говорю о том, что позволить себе питаться одной шаурмой с нынешними расценками не всякий сможет.
Голуби, которые уже не так пугливы как в первые дни затишья, и вновь отяжелевшей походкой прогуливаются вдоль улиц, получают зерно или крошки белого хлеба от многочисленных "сочувствующих". В итоге, они не в силах сбежать от стай голодных кошек, бродящих по улицам. Взлететь им в голову не приходит почему-то.
Я не могу отказать только детям, моя хорошая знакомая меня за это вечно укоряет, так как это способствует детскому попрошайничеству и всему прочему. Сама она в это время с отсутствующим видом сует старушкам деньги, чем обеспечивает себе лекцию о вреде потакания бабушкам-попрошайкам. Сейчас эта знакомая за многие километры и мне становится ужасно грустно от ее отсутствия.
По улицам на большой скорости ездят машины, ночью ходит военная техника и слышны отдаленные отзвуки не то боя, не то учений. По улицам то и дело проходят люди в хаки, мужчины и женщины в военной форме. В окнах открывшихся ресторанов сидят большей частью солдатики пополам с пустотой, и совсем не ясно получат хозяева деньги или возможность совершить благое дело, накормив защитника за счет заведения. Как грибы после дождя открываются продуктовые магазины на месте всего, чего можно.
По городу бродит призрак революции. Кажется, если бы я взялась писать Береникину сказку сейчас, она вышла бы гораздо более прочувствованной и более мрачной. Не совсем то я подразумевала подсбором материала в свое время, но сейчас его столько, что тянет закрыть уши и глаза иной раз.
Недели три назад, под конец рабочего дня, мне позвонили из особого отдела комендатуры, я нервная, простуженная и с головной болью, взяла трубку. Со мной надо было встретиться и поговорить. Я спокойно объяснила где я и как меня найти, а потом расплакалась, чего не получалось толком сделать уже давно. Потом, успокоившись, я отстраненно размышляла стоит ли сообщить родным о том, что за встреча грядет и пришла к выводу, что нет. Не нужно заставлять лишний раз нервничать никого, все еще могло обойтись. А если бы не обошлось, тут тоже было бы мало толку от переживаний. На кафедру вошли двое в форме, мне сунули удостоверение контрразведки, которое я машинально взяла в руки и потеряно повертела, так и не решившись записать данные с него, на всякий случай. Почему-то категорически не получалось сидеть, хотя надо было бы. Беседа была не обо мне. В целом, такие беседы случались и раньше с другими сотрудниками, причем даже в мирное время, как мне говорили. Я вежливо отвечала на вопросы, и мысленно радовалась, что ничем не могу им помочь. На кафедру заглянул охранник и наша размеренная беседа о моем ничего не знании прервалась перепалкой мужчин. В противостоянии охранник-военная комендатура, кто по-вашему более прав? По-моему, по умолчанию контекста реальности - комендатура. Я рассеяно заверила, что мы не засидимся долго, что у меня все в порядке и охранник, наконец, ушел. Мы договорили, меня заверили, что ко мне у них претензий нет. Пока. Господа откланялись. Я собралась, закрыла кафедру, кивнула пунцовому от негодования охраннику, на прощание заверив, что у меня все хорошо. И вышла в свой личный аналог 17-го года со всей революционной атрибутикой.
Над городом догорал закат, а от дверей закрытого уже супермаркета неспешно шли куда-то нищие старухи-ангелы.

@темы: революции, мысли, дни мои

Легенды ветров

главная